Рождественский конкурс

Конкурсная работа.

Автор: Фесс  

Эовин


 Фолко проснулся от лёгких прикосновений чьих-то ласковых рук, накладывающих повязку с пахучей мазью на пустуещие глазницы. Вокруг была Темнота, ни ночь с горящей на небе луной, ни Тьма, таящая в себе тайны, а именно Темнота, непроницаемая и недающая увидеть даже маленький краешек прекрасного мира, Темнота, которая останется с ним навсегда.
 - А-а-а! Проснулся, непобедимый полурослик! - настроение у Малыша было как всегда весёлое, исправить его не смогла бы наверное сама могила, не говоря уж о какой-то мелкой заварушки с Хозяевами трактира под названием Мандос.
 - Тихо, не кричи так! - шикнул на него Торин. - Не видишь, что он ещё слаб и не может терпеть твои выходки!
 - Да не тресись за меня так, брат гном, я уже в порядке.- произнесено это было таким тихим и жалким голосом, что Торин ешё больше нахмурился и с лицом гнома, вырезающего бороду Дьюрина, тоесть важным и значительным, дал хорошей затрещины Строри, который кстати этого и не заметил.
 - Тебе ещё лежать и лежать, - наставительным тоном произнесла Тубала, которая со времени их первой встречи в подземельях харадского дворца очень изменилась и перестала всё время говорить Фолко и гномам о своём желании выпустить им кишки. Сейчас она стала больше похоже на хозяйку любого дома в Дейле, чем на хладнокровную воительницу кромсавшую Нолдор и Ваниар.- Эта мазь хорошо действует когда спишь и лежишь в нормальной постели, а не прыгаешь туда - сюда, но если такого нет...
 - Ладно, ладно, но только скажите мне, что с Эовин, Олмером и эльфами? С ними всё в порядке?
 Он почувствовал как сразу же изменилось настроение. Все притихли в ожидании, чего-то страшного, но неизбежного...
 - На Олмере раны затянулись как зачарованные, хотя так оно и есть, Саруман постарался, они с Санеделло уже и на охоту ездили, а вот Маэлнор и Амрод пока несовсем здоровы, но эльфы народ живучий, выдюжат, - Торин говрил медленно и тихо будто нехотя что-то говорить.
 - Что с Эовин? - спокойно, но уже предчувсвуя беду спроил Фолко.
 - Она... Мы её ... Стрела была отравлена и ... - гном боялся произнести вслух о смерти Эовин, но хоббит уже всё понял, ему ничего не надо было объяснять, повалившись на землю он тихо шептал:
 - Это я виноват... как я мог взять тебя с собой... ты же должна жить... это я...я во всём виноват, - и тут он замолчал, перед ним встала картина недалёкого прошлого... Вот она стоит перед ним и, сияющими от восторга глазами смотрит на него, её золотые волосы колышатся ласковым ветерком... Тут ему стало совсем худо и чувствуя как кровь горячей струйкой бежит по лицу потерял сознание.
 
 
 

 

 
TopList